Вдруг до Лениного слуха донеслись очень знакомые звуки:
— Эй, моряк! Ты слишком долго плавал. Я тебя успела позабыть…
— Ванечка! — остановилась Лена, прислушиваясь.
— Там он… Там! — схватила ее за руку желтоглазая.
Но ведь голос раздается совсем в другой стороне! Не дала Лене желтоглазая как следует вслушаться, потащила за собой с такой силой, какой наверняка позавидовал бы любой штангист среднего веса.
Глава четырнадцатая, в которой Ванечка весело проводит время в обществе привидений
Кто же это пел, спросишь ты, Ванечкиным голосом? А он сам и пел. Пел для собственного удовольствии. Точнее сказать, для собственного успокоения. Потому что сидел он в той самой Пещере Кошмаров, о какой говорила ему Злючка-Гадючка, и сторожили его Кикиморины привидения.
Пещера, правда, была похожа на обыкновенный подвал — с тяжелой, окованной железом дверью, низким каменным сводом и осклизлыми ступенями.
Привидений Ванечка пока не видел. Зато слышал. Они с шумом проносились мимо него. Лаяли. Кудахтали. Завывали. Одним словом, старались на всю катушку. Это было очень страшно. Очень. Но все-таки терпимо. Потому что Ванечка уже кое-что повидал и успел попривыкнуть к обществу сказочных персонажей: А чтобы подбодрить себя, он стал петь самые громкие песни.
Помогло! Кроме своего пронзительного голоса, он теперь не слышал никаких посторонних звуков и приободрился. Но привидения тоже не собирались сдаваться. Они выжидали. У Ванечки, наконец, запершило в горле, и он перевел дыхание. Тогда из глубины Пещеры поднялось нечто огромное, серое, не имеющее формы. Поверху потянуло холодным ветром. Ванечкины волосы встали дыбом.
Непонятное жуткое чудовище медленно приближалось…