- Эй, мужики ! - К-818 вскинул в приветствии киркомотыгу. А моих друзей не видали ?

Первый гоблин перестал подбрасывать камень и уставился на нового собрата по разуму.

- Это смотря кто твои друзья... - философски изрек он после продолжительного раздумья.

- Ну, дезеры, там, еще кто-нибудь...

- А, знаем таких, - гоблин досадливо поморщился. - Там они обитают. Он указал на длинный барак, возле которого, мирно натачивая топоры, сидели мрачные дезеры.

- А вот там обитают пункеры, - ватага молодых парней с причудливыми ирокезами и кислым выражением лиц возила на тачках громадные куски урана.

- Здесь живут технореперы... - из барака слышались крики "Come on !" и "Yeagh !". Жившие неподалеку трешеры проводили в десятый раз на дню генеральную уборку своего барака. Они очень любили выносить мусор. Над казармами хиппарей вился синий наркотический дымок. Слышалось бряцанье гитары и заунывный голос певца. Все стены были изрисованы "пациками".

- А гоблинов больше и нету ! - расплакался вдруг собеседник резидента. - Только мы втроем...

- Не плачь, приятель, - К-818 говорил успокаивающим тоном, и гоблин уткнулся сопливым носом тому в плечо и принялся безудержно рыдать. Слезы капали на уран, вступали с ним в реакцию, и вскоре диверсант скрылся в клубах желтого вонючего дыма. Настал вечер. Небо на востоке порозовело.

... Прошло немного системного времени ...

Резидент по-прежнему трудился на урановых разработках, не оставляя ни на минуту мысль о побеге. Диггер в первый же день за полчаса выполнил пятилетнюю норму, начальство стало его уважать и почтительно называть за глаза Герр-Диггером. Диверсант смотрел на все это, завидовал черной завистью и жалел, что у него нет с собой буровых механизмов. И вот в один из таких дней к нему подошел человек.