— Какие такие волки, когда у меня по две тысячи литров на фуражную корову, а они "зады отъедать"? Пусть снимают, если не верят!
Вы разъясняете в конце концов, в чем дело, и Степан Иванович успокаивается.
— Так у вас про волков, значит, не слыхать? А так noблизости где-нибудь?
— Говорили, что километров пятнадцать отсюда, в Поповском, будто воют. И что верно, будто кому-то зад отъели… Не знаю только кому, телочке или кому другому.
3
— Поедем, товарищи, на Поповское! Может, там и в самом деле что-нибудь организуем, — говорит Кондрат Калистратович. — Там действительно-таки бывали облавы на волков и там живет-таки настоящий охотник, у которого есть и флажки, и он сможет собрать загонщиков и знает, где поставить на номера. А я, как специалист этого дела, научу вас, как охотиться на волков облавою.
— Поедем! Взялись, так уж поедем. Сегодня, может, уже не успеем, ну, что ж, останемся, завтра и поохотимся.
— Поехали.
Кондрат Калистратович, старый гроза волков, рассказывает про волчью облаву:
— Ой, интересная это штука, товарищи, облава на волка. Волк залегает на день в густой чаще и лежит там до ночи и только ночью выходит отъедать телкам зады, резать овечек и жеребят. Опытный охотник заранее уже знает, где они есть, потому что прислушивается к их вою, а то и сам, подвывая по-волчьи, вызывает их на ответ, чтоб уже наверняка знать, где именно они лежат. Когда все это уже изучено, тогда назначается облава.
Съезжаются охотники, заранее оповещаются загонщики, с двух сторон то место обтягивается шнурком с привязанными на нем флажками, С одной стороны, где флажков нет, расставляются на номерах охотники, а напротив, вдалеке, заходят загонщики, запускаются, если есть, собаки. Зверь пойдет на охотников, в сторону он не побежит, так как боится флажков…
Вот, значит, обложили, стали.