— Нет, ты обдумай, что я сказал!.. Слышишь, директор? Мы за счет этой рыбы во какую житуху организуем! Раз тебе позволяют губить цельную реку, так в чем же дело? А? А?..
Но директор поднажал и вырвался на перрон. Бывший арестант сильно отстал теперь. Он еще вопил что-то вдогонку. Однако ему скоро стало ясно, что сделка не состоится…
Крякин с облегчением вскочил на подножку вагона: через три минуты поезд должен был увезти директора отсюда. Неожиданное испытание осталось позади… Вот только мысли о гибели всего рыбного населения в чистой речке тревожили теперь Крякина. Но это ненадолго: наш директор привык уже к таким думам и соображениям. Не впервой!
МЫЛЬНЫЙ ПУЗЫРЬ
— Привет, Василий Павлович! Слыхали, какая сейчас — хе-хе-хе! история вышла?
— Нет, а что?
— Хе-хе-хе… умора, ей-богу… Значит, вышел наш управляющий сей минут на улицу. Хорошо. А сами знаете — гололедица нынче — будь здоров… Вот управляющий сделал шаг и поскользнулся… Да… Поскользнулся, инстинктивно, знаете ли, взмахнул рукой для равновесия… хе-хе-хе…
— Не вижу ничего смешного.
— Обождите, хе-хе-хе! Еще увидите! Да… Взмахнул, значит, он рукою и ка-ак нашего Карпентьева — ну, из строительного отдела — ка-ак ударит по шее… наотмашь этак… умора, хе-хе-хе!..
— Вот это — да! Ну, а Карпентьев — что?
— Карпентьев — что? Он себе стоит разговаривает там с кем-то, вдруг бац! — получает по шее! Карпентьев поворачивается и видит: это его ударил сам управляющий!.. Хо-хо-хо! Умора ведь — правда?
— Да-да-да… А управляющий — что?
— Управляющий — известно что: «Извините, говорит, товарищ Карпентьев, что я вас нечаянно задел»… Куда же вы, Василий Павлович?!
— Я извиняюсь: тороплюсь… Очень тороплюсь… Другой раз договорим…
— Вот чудак, ей-богу… Побежал, словно ненормальный…