"да", левую - "нет"... - Молодец. Сразу видно - с образованием. Сейчас мы им покажем... "Вот трепач,- подумал майор.- Впрочем, он за это деньги получает..." Генерал взял в руки тоненькую картонную папку, раскрыл ее и медленно, внятно прочитал: - "Слушается дело майора военно-воздушных сил Уильяма Мизера, тысяча девятьсот тридцатого года рождения, уроженца штата Папалама, женатого, обвиняемого в преступной небрежности, проявленной во время патрульного полета над Европой на пилотируемом им бомбардировщике "Би-52", повлекшей падение водородной бомбы мощностью сто мегатонн..." Генерал отложил дело и продолжал: - Еще раз предупреждаю об особой секретности рассматриваемого дела. Разглашение сведений, установленных данным процессом, будет караться по закону. Все молчали. Председатель суда не без любопытства посмотрел на обвиняемого. - Ну как, Мизер, признаете себя виновным? Адвокат поднял левую руку и почесал ухо. - Нет! - повинуясь жесту защитника, послушно сказал Мизер. - А почему? - пронзительно, словно ударил хлыстом, вскрикнул прокурор. Фанерная трибунка вся пошатнулась. - Протестую! - проворно оборвал его адвокат.- Господа судьи, покорнейше напоминаю, что еще не был проведен опрос обвиняемого! - Протест принимается,- согласился председательствующий. Жестом усадив прокурора на место, он снова обратился к летчику: - Расскажите, как было дело... Мизер встал с табуретки. Он совершенно не волновался. Этот нервный прокурор даже его позабавил. Волнуется, чудак. А чего волнуется? Ведь не ему садиться на стул... - Мы ждем, обвиняемый! - напомнил генерал.- Расскажите, как проходил полет. - Полет проходил нормально, сэр. Закончив маршрут, я развернул машину на обратный курс и толкнул Джима, чтобы он взял управление. Но Джим не проснулся, и я включил автомат... - Кто такой Джим? - спросил полковник, сидевший справа от генерала. - Это мой второй пилот. - А почему он спал? - спросил полковник, сидевший слева от генерала. - Наверное, перебрал накануне... Я позвонил штурману, хотел уточнить координаты.