— Конечно!

— Ты знаешь, что она выходит за меня замуж?

— Еще бы!

— Вот и ошибся. Не выходит.

— То есть как?

— А так. Она любит другого.

— Что ты порешь?!

— Сперва послушай. Мы поругались из-за сущей чепухи. Придралась к случаю.

Добрый Бинго опечалился, но о главном не забыл.

— Нехорошо, — признал он. — Ну, старик, держись, а то завтра промажешь.

— Завтра?

— Да, на состязаниях.

— А, это? Я играть не буду.

Бинго взвыл, как волк, ударивший лапу о камень.

— Не будешь?!

— Вот и Пуффи так кричал, таким самым голосом. Что вы все удивляетесь? Разве я могу метать какие-то дротики?

Бинго ответил ему, и с таким пылом, что разбудил его высшее, лучшее «я».

— Мдэ, — сказал Хорес. — Не знал, что он сплавил тебе билетик. Ладно, ради тебя — пойду, но что с того? Какие дротики, когда сердце разбито? Да я из-за одних слез ничего не увижу!

Расставшись с ним, Бинго сжал голову руками. Он думал. Он вспоминал те времена, когда несколько недель мазал из-за этой… как бишь ее? Ладно, главное — помирить их. Если Валерия обратит к Хоресу любящий взгляд, все встанет на места, заветный билетик принесет 33 фунта.

Конечно, никаких «других» она не любит, это полная чушь. Видимо, обычная размолвка, дело житейское. Надо ей позвонить и пригласить в ресторан.

Он побежал к будке, позвонил и договорился.

— Ну, порядок! — подытожил он. — Значит, старушка, в четверть двенадцатого. У «Марио».

Так, хорошо — но все ли это? У няни, как у ночи — по меньшей мере тысяча глаз. Как от нее увернуться? Если она расскажет Рози, что он ушел на ночь глядя, вряд ли поможет ответ: «А, ходил в ресторан с Валерией!»

Он подумал — и придумал. Вернувшись домой, он попросил горничную послать няню к нему, а сам залег на тахте.

— Няня, — тихо выговорил он, — я не пойду в детскую… Как-то меня знобит, как-то покачивает. Не дай бог, заразится! Скажите ему, а я лучше лягу.