– М-м… да. По правде говоря, да. Мой рассказ как раз продвигается к…

– И ваша тетушка еще пыталась убедить меня, что вы не сумасшедший!

– Но я же нормальный. Совершенно нормальный! Если вы позволите мне объясни…

– Не позволю!

– Все началось с того…

– Замолчите!!!

– О, всегда к вашим услугам.

Сэр Родерик сделал пару глубоких вдохов через нос. По-моему, это называется методом глубокого дыхания.

– Моя кровать превратилась в сплошную лужу!

– Так вот, началось все…

– Да замолчите же! – похоже, его мутило. – Вы, идиот несчастный, – сказал он, одолев приступ тошноты, – скажите мне, будьте любезны, где находится ваша комната?

– Этажом выше. Комната башенных часов.

– Благодарю вас. Я ее найду.

– А?

Он прицелился в меня бровью.

– Я намерен, – сказал он, – провести остаток ночи именно там. Ваша кровать, я надеюсь, пригодна для сна. Вы же можете располагаться здесь – со всеми возможными удобствами. На этом позвольте пожелать вам доброй ночи.

И превосходящие силы неприятеля ретировались с поля боя, оставшегося в моем полном распоряжении.

Мы, Вустеры, бывалые бойцы; к превратностям судьбы нам не привыкать. Но не стану грешить против истины, намекая, что открывавшиеся перспективы приводили меня в восторг. С первого взгляда на кровать было понятно, что для использования по прямому назначению она не пригодна. Для аквариумной рыбки – может быть, но не для Бертрама. Осмотревшись, я решил разбить бивуак в кресле. Притащил пару подушек с кровати, обернул колени каминным ковриком и принялся считать овец.

Но толку от этого было мало. Старый сухофрукт так кипятился, что отбил у меня всякую охоту ко сну. Заодно с дремотой наплывали тягостные мысли о черном вероломстве Дживса. В придачу становилось все холоднее и холоднее. Я уже смирился с мыслью, что не усну до конца своих дней, как вдруг над самым ухом прозвучало: «Доброе утро, сэр»; я вздрогнул всем телом и сел.