– Телеграмма не подписана, сэр.

– Ты имеешь в виду, что подписи там нет?

– Именно это я и пытался выразить, сэр.

– Ну-ка, давай ее сюда.

Я лично произвел инспекцию. Подозрительное послание. Именно так: подозрительное.

«Запомни когда приедешь сюда вопрос жизни и смерти встретиться совершенными незнакомцами.»

У нас, Вустеров, голова не самое сильное место, тем более за завтраком. Я ощутил тупую боль в переносице.

– Дживс, что бы это значило?

– Не имею ни малейшего представления, сэр.

– «Сюда». Куда это – «сюда»?

– Обратите внимание, сэр, послание отправлено из Вулэм-Черси.

– Ты совершенно прав. Из Вулэм – как ты в высшей степени наблюдательно подметил – этого самого Черси. Значит, кое-что нам уже известно.

– Что именно, сэр?

– Откуда мне знать? Или это все-таки от тетушки Агаты, а?

– Сомнительно, сэр.

– Да… опять ты прав. Тогда все, что мы можем сказать – некая личность, проживающая в Вулэм-Черси, считает, что мне жизненно необходимо встретиться с совершенными незнакомцами? Так, Дживс?

– Трудно сказать, сэр.

– Но если посмотреть с другой стороны – так отчего бы и не встретиться?

– Совершенно верно, сэр.

– Итак, вот что мы имеем: это тайна, которую способно раскрыть только время. ЗапасЈмся терпением, Дживс.

– Именно это я и собирался сказать, сэр.

Я заявился в Вулэм-Черси к четырем часам. Тетя Агата писала письма в своей берлоге. Зная тетушку, готов биться об заклад, что это были более чем нелюбезные письма, а насчет постскриптумов я лучше и вовсе промолчу.

Не скажу, что при виде меня она подпрыгнула от восторга.

– А, это ты, Берти.

– Ага, это я.

– Что за грязь у тебя на носу?

Я усердно заработал носовым платком.

– Хорошо, что ты приехал так рано. Хочу сказать тебе пару слов, прежде чем ты встретишься с мистером Филмером.

– С кем?

– С мистером Филмером, членом Кабинета министров. Он гостит у меня в усадьбе. Полагаю, даже тебе приходилось слышать о мистере Филмере?