— Холера! — сказал Сидор. Было видно, что и к этому гаишнику он не пойдет.

— Если дело пойдет такими темпами, — проговорил Фтородентов, готовя ключи от багажника, — не проехав и пол пути до Питера, мы растеряем весь портвейн.

Василий и Антоныч вылезли из машины.

— Начальник, а чо мы сделали? — послышался голос Антоныча.

— Почему без бампера едем? Непорядок!

— Дык вот же бампер! — закричал Серега, высовываясь из машины и протягивая менту бампер. — Во! Почти как настоящий!

— Не положено!

— Начальник! — гнул свою линию Антоныч, в то время как Фтородентов открывал багажник. — Дык, бампер мы специально сняли, в ремонт едем! Нам на предыдущем посту ГАИ посоветовали!

— Не положено!

Потом они замолчали. Фтородентов в полном молчании передал гаишнику бутылку, затем вместе с Антонычем они показали язык удаляющемуся менту и залезли в машину.

— Скоты какие, — произнес Антоныч. — Не доедем так до Ленинграда!

— Дык, может и не ехать? — предложил Фтородентов.

— Ты что! — возмутился Сидор. — Как не ехать! А мой роман? Дык, а кто доставать питерских митьков будет?

— Телеграмму пошлем…

— Телеграмма денег стоит! Решили ведь ехать, а теперь на попятный! Тоже мне, браток называется!

— Ну, — примирительно сказал Василий. — Едем, так едем! Хотя можно было бы и десять копеек подкинуть.

— Зачем?

— Орел — поехали бы, решка — назад в Москву.

— А-а-а!!! — заорал Сидор.

— Да нет, едем, едем! — сказал Вася.

«Запорожец» сорвался с места.

— Однако, — сказал Антоныч, — надоть портвейнчик-то оприходовать, а то менты все выжрут, а у них и так рожи на… (Здесь Антоныч вставил неприличное слово, которое я при девушках повторять не решаюсь) похожи! Сворачивай в лес!