Сидор свернул на лесную дорожку. Минут пять они прыгали по кочкам и, наконец, остановились на симпатичной полянке.
Братишки вылезли из машины. Сидор расправил затекшую спину, выпятил живот и прокричал:
— А-а-а! Класс!
— Дык! — отозвался Антоныч.
— Елы-палы!
Серега и Вася достали из багажника портвейн и канистру с пивом. Антоныч вытащил откуда-то из под сидения большую воблу.
— Кайф!
Мирон нехотя вылез из машины, сонно изогнул спину, зевнул. Обойдя вокруг «Запорожца» выкопал ямку, посидел, закопал и пошел на охоту.
— Культурный кот, — похвалил Антоныч. — Прям как я…
— Дык…
На травке расставили кружки, налили портвейн.
— Привет, — послышался чей-то хрипловатый голос.
Братишки-митьки обернулись…
Глава десятая
О том, как иногда нехорошо получается
Да, брат мой, я злодей,
Гад, поношенье Света,
Несчастная душа,
Погрязшая во зле,
Последний негодяй
Из живших на земле.
— Привет, — повторил незнакомец. Он был в драных штанах, телогрейке, ужасно небрит. Ну, чисто уголовник! За его плечами висел большой мешок.
— А-а-а! — оттянулся Антоныч. — Братишка!
И протянул подошедшему свою кружку.
Слегка удивившись, незнакомец, однако, выпил и присел рядом с митьками.
— Ты уж извини, — говорил Антоныч, — кроме воблы никакой закуски нет!
Незнакомец открыл свой мешок и начал вынимать оттуда мертвых куриц.
— Костерчик сейчас разведем, — сказал он. — Общипем, обжарим. Пальчики оближете.
— О! — восхитились митьки. — Класс!