В газетах не было ничего интересного, правительство не творило ничего глупого, враг дремал и не высовывался, свершений не наблюдалось, величие духа нации не проявлялось — в общем, поговорить было абсолютно не о чем.
Поэтому джентльменам не оставалось ничего, кроме как сидеть и молча обливать друг друга презрением.
Поток презрения крепчал и вскоре грозил перейти в открытую конфронтацию, отягощенную грязными ругательствами и физическим насилием. Что, к слову, было не такой уж и редкостью в Клубе Выдающихся Джентльменов.
Сэр Лайонелл уже решил переходить к следующей стадии, уже приготовил вступительное «Чего уставился, старая сволочь?» для сэра Чарльза, уже скривил презрительно губы, уже набрал воздуха в легкие, но тут раздался громкий треск и в дверь вломился владелец клуба, сэр Кларк.
— Джентльмены! У нас ЧП! — выпалил Сэр Кларк.
— Пошел вон, смерд! — моментально израсходовал презрительный изгиб губ и набранный воздух сэр Лайонелл.
— Не понял? — удивился сэр Кларк.
— Ну я же надменный аристократ. — пояснил сэр Лайонелл.
— А. Ну да. — согласился сэр Кларк.
— Но не такой надменный, как эта старая сволочь — сэр Чарльз. — продолжил сэр Лайонелл и указал пальцем на сэра Чарльза.
— В следующий раз, сэр Лайонелл, прежде чем указывать пальцем на уважаемых людей, убедитесь, что под ногтями у вас не завалялись остатки позавчерашнего ужина. — спокойно ответил сэр Чарльз. — Я, кстати, крайне удивлен, что вы не обгрызли свои ногти по своему скотскому обыкновению. Неужели какому-то неизвестному Герою удалось привить вам хоть какие-то манеры?
Сэр Лайонелл внимательно осмотрел свои пальцы, вынул из кармана тряпочку и сконфуженно замолчал в нее.
— Вот так вот даже, да? — удивился сэр Чарльз. — Вы здоровы, сэр Лайонелл? То есть, я, конечно, не имею в виду ваше обычное слабоумие, чесотку и венерические заболевания. Я спрашиваю — не подхватили ли вы что-нибудь еще?