Программист важно пожал руку Дамкина и, полуобняв Свету свободной от дипломата рукой, звонко чмокнул ее в ухо. Потом он поставил дипломат на землю и обнял секретаршу литераторов двумя руками. Карамелькин любил пообниматься со своими знакомыми девушками и девушками своих знакомых.

– Карамелькин. Ты вроде сегодня хотел поехать на работу? - спросил Дамкин.

– Я там был, - важно ответил программист. - У нас в отделе перерыв, дай, думаю, заеду поболтать к литераторам.

Друзья поднялись по лестнице, Дамкин открыл дверь и громко объявил:

– Стрекозов! У нас гости!

– Чай готов! - отозвался Стрекозов.

Карамелькин, сняв в прихожей ботинки, прошел в комнату и уселся в единственное кресло, стоявшее в комнате соавторов.

– Здравствуй, Света, - сказал Стрекозов, обнимая секретаршу.

– Во! Опять! - воскликнул Дамкин. - Этот бабник Стрекозов опять обнимается с моей секретаршей! Знаешь, Светочка, я тут недавно ехал в автобусе, смотрю в окно, а там прямо на улице Стрекозов целуется с женщиной!

– Клевета! - возразил Стрекозов. - Я на улице с женщинами не целуюсь. Я скромный.

– Где мой чай? - ревниво поинтересовался Карамелькин, листая старый журнал "Радио".

– Я вам пряники принесла, - сообщила Света, выкладывая пакет с пряниками. - Очень вкусные!

– Спасибо! Я как раз такие больше всего люблю! - Дамкин подошел к любимой девушке и поцеловал ее в щечку. - Светочка, одолжи рублей восемь до зарплаты... Я хотел продуктиков купить для завтрашнего торжества.

– Я на последние деньги пряников купила...

– Жалко... Но ты завтра все равно приходи, а то у Дамкина раз в году бывает день рождения, и без своей любимой девушки ему будет грустно-грустно! И приходи пораньше, народу соберется тьма, надо будет приготовить что-нибудь вкусное, на стол накрыть, а я один с этим обленившимся Стрекозовым ни за что не управлюсь.