Уже темнело, но я успел разобрать последний рекламный призыв: «Покупайте мороженое производства хладокомбината № 3 Главмясорыбторга!» Я дал себе слово отныне покупать мороженое только производства хладокомбината № 3 и прислушался к тому, что говорит Вася.

Конечным пунктом первого дня нашего путешествия Вася наметил пансионат для автотуристов.

– Пока мы будем принимать душ, ужинать и отдыхать, о нашей машине позаботятся в гараже, – разъяснял Вася. А ранним утром, восстановив свои силы, мы свернем на деревню Гусевку. Там председатель колхоза – знакомый моих знакомых. Где-нибудь за Гусевкой должна быть глушь или, на худой конец, подходящее для охоты болото.

Вася извернулся, достал карту и взволнованно сообщил:

– Сейчас будет мост, за ним поворот, а там – пансионат!

Мы дружно крикнули «ура» в честь пансионата.

– У меня ведь есть пароль – «Сезам, откройся!» – захлебывался Вася. – Стоит передать директору привет от Крыжовкиных, и нас примут, как родных! Крыжовкины – это директорские закадычные друзья!

Но Таня тут же охладила его. Она сказала, что вряд ли стоит приходить в восторг, когда друзья предлагают в качестве отмычки свою фамилию.

У нас еще была свежа в памяти одна грустная история. Однажды нам захотелось встретить Новый год в ресторане, и Танин приятель, журналист, предложил свои услуги. Он сказал: «Идите к директору, поклонитесь от моего имени – и вам обеспечен отличный столик!»

Мы так и сделали. Столик нам действительно дали, но официанты весь вечер аккуратно обходили нас, как чумных. Тщетно мы взывали к их совести, выпрашивая хотя бы кусочек черствого хлеба. Официанты сухо объясняли, что наш столик не обслуживается, поскольку он служебный. Мы ушли в час ночи, злые и голодные как собаки. Наутро все выяснилось. Оказывается, приятель Тани написал об этом ресторане фельетон, и директора должны были снять с работы.