— Давай сюда, Калеб! Где наш чай?

— Мама дома?

— Нет.

— Куда она упиздовала?

Весь кайф от упражнений похерен, раздражение вспыхивает вновь. Как будто он не знает. Почти полседьмого, до сих пор на работе, сверхурочно и бесплатно работает секретаршей. И эти учителя начальной школы обращаются с ней, как с грязью. Она у них на побегушках. Калеб знает, что многонациональная школа в центре города за один день переварила бы многих из них с костями.

— Сделай себе чай сам, ага? В холодильнике полно еды.

— Ладно. Где холодильник?

— В подсобке.

— И как я должен был об этом догадаться?

— Включи уже голову, блядь!

Калебу пришлось утащить его туда, когда он выкладывал на кухне пол плиткой. Удлинял её до благородных пропорций с помощью своего друга-каменщика Стокгаузена. Человека с взвешенным мнением по любому вопросу. Особенно касательно образования. [Ленин Стокгаузен: строитель/философ, который яростно отстаивал основанную на амфетамине систему образования. Он утверждал, что процесс обучения таким образом серьезно ускорится. Основатель группы, известной под названием «Бристольские Поэты».]

Калеб и Кай работают по согласованному генеральному плану. Восстановить дом в его викторианской славе и продать, когда дети разъедутся. Потом найти себе скромный кров, а остатки денег потратить на путешествия по всему миру. Всё идёт, как надо, и если судьба не будет против, они уложатся как раз к моменту, когда Калеб уволится. Ещё два года до часа Икс! Они потратили на этот проект последние десять лет. Ни перерывов, ни отпусков, ни общения с друзьями. Всё время за работой. Калеб вполне готов на краткосрочные жертвы ради долгосрочной выгоды. Счастлив осознавать, что Кай с ним. Что вместе они — идеальная команда.