— Понимаю, — сказал я.

— Прекрасно, — обрадовалась Мэген. — Тогда начнём снова. Что он сказал?

— Фак ю.

— Сэр, сказала Мэген, — я вам только что объяснила, что вы не должны употреблять нецензурные слова.

— Вы же просили меня точно отвечать на вопросы. Вот я и отвечаю. Этот паскудный подросток, именно так и сказал: фак ю.

— Сэр, сказала Мэген, с трудом продолжая сохранять вежливость, — вы опять употребили это слово. Наша компания не позволяет использовать бранный лексикон в служебных разговорах.

— А что же я должен говорить, если мерзавец сказал мне фак ю?

— Сэр, вам не обязательно повторять то, что он сказал. Вы можете это… ну… объяснить. Например, назвать это “слово из четырёх букв” или “слово, которое начинается на эф”. Понимаете? Кроме того, вы не должны давать характеристику своему абоненту, пока не будет установлена его личность. Вы не должны называть его “паскуда” или “мерзавец”.

— А кто же он по-вашему?

— Я не знаю, сэр.

— А я знаю. Сука он — вот он кто.

— Сэр…

— Хорошо, Мэген, — сказал я примирительно. — Я уже всё понял. Можете продолжать задавать вопросы.

— Спасибо, — сказала Мэген. — Итак, что вам сказал этот… не идентифицированный абонент?

— Этот не идентифицированный абонент, — заговорил я спёртым голосом второклассника, отвечающего урок, — сказал, чтобы я… нет, что он меня… нет, что он мне… будет делать слово из четырёх букв, которое начинается на эф.

— Ну вот, теперь всё в порядке, — сказала Мэген. — Я так и запишу. Я рада, что вы правильно формулируете свои ответы.

— Ничего не правильно! — разозлился я. — Я бы хотел, чтобы этот скот говорил “слово из четырёх букв, которое начинается на эф”. На самом деле он сказал “фак ю”.

— Сэр! — сказала Мэген, повышая голос, — я вас предупреждала! Я больше не намерена выслушивать ваши непристойности!