После ухода Гордона Дженни несколько секунд сидела неподвижно, не находя сил, чтобы встать.

Затем она заставила себя подняться со стула и повернула ручку телевизора, который она, впрочем, почти никогда не смотрела. Программа еще не началась, и был слышен лишь голос певца, который был ей не знаком.

Она посмотрела на часы. Было девять часов тридцать минут. Она расстроенно взмахнула рукой, как будто время тянулось для нее мучительно медленно.

Она стала расхаживать по комнате, иногда останавливаясь, чтобы со смутной тревогой посмотреть на безделушки, которые она собирала с самого детства. В разных местах стояли ее и Гордона фотографии, бывшие вехами их семилетней совместной жизни. На других фотографиях она была одна, в облегающем костюме танцовщицы: казалось, что она сейчас улетит, оттолкнувшись босыми ногами от земли, силу притяжения которой ей удалось преодолеть, по крайней мере на этих фотографиях.

В верхней части буфета была выставлена ее коллекция коробочек. Их там было не меньше сотни, различного происхождения, разных эпох и самого разного назначения, среди которых было несколько музыкальных шкатулок и шкатулок с сюрпризами. Самой роскошной вещью в ее коллекции была эмалированная коробочка для мушек восемнадцатого века, с автографом Ван Бларенберга. Это была драгоценная вещь, которую Мэнни подарил ей на свадьбу. Она взяла одну из самых маленьких и самых скромных шкатулок, с мозаикой по дереву, подарок Гордона во время их пребывания в Сорренто.

Она вновь посмотрела на часы. Гордон должен был сесть на поезд, отправлявшийся в 9.30 или самое позднее – в 9.45. Сейчас же было 9.50. Значит, он уже ехал в Париж.

Она подошла к телефону и стала медленно набирать номер, не вынимая палец из отверстия диска, пока он не вернется в начальное положение, как будто она могла стереть цифру, которую только что набрала. Однако набирая последнюю цифру, она убрала палец. Скорее даже, она его вырвала, как будто поранившись. Диск вернулся на прежнее место. Для Дженни уже не было возврата.

Из окна мадам Бертран заметила грузовое такси, которое въехало в ворота и, замедлив ход, остановилось перед домом.