После того, как он вспомнил свою фамилию, настроение резко ухудшилось. Аленка старалась возродить в нем надежду на лучшее, но тот замкнулся и отказывался вспоминать все остальное, что связано с этой фамилией. Скорее всего, как он предполагал, у Копейкина была безрадостная семейная жизнь с толстой девахой, постоянно требующей от него деньги на шубу, и тяжелая физическая работа с утра до вечера. Было отчего потерять память и попытаться начать жить заново, только вот начал он неудачно, подцепив какую-то мошенницу брюнетку. Аленка успокаивала Василия, предполагая, что миллионеров по фамилии Копейкин полным-полно, и он наверняка один из них. Ей первой пришла идея вернуться к ресторану и проверить припаркованные там автомобили. Если один из них принадлежал Василию, то он должен его обязательно узнать. Крошкина искренне верила, что любой мужчина больше всего на свете любит свою маму и свой автомобиль, все остальное находится у него уровнем ниже.

— Да, — менее уверенно подтвердил Копейкин, — должен же быть у меня Мерседес.

После обеда подруги выбежали во двор, чтобы незамедлительно проверить появившуюся версию. Ведь, если Василий узнает машину, то по регистрационным номерам можно будет отследить, где он живет, а дальше — дело техники. Василий, несколько приободренный надеждой, выскочил следом за ними и уткнулся в спину Крошкиной, замершей перед «девяткой». Рядом с ней стояла Снежана и держала в руке боковое зеркало, снятое с автомобиля, с прикрепленным на нем листком.

— «Отдай то, что тебе не принадлежит!», — прочитала вслух Снежана. — Это они о чем? О Копейкине? Я бы отдала, да кому?! Варвары, зеркало открутили, — она попыталась безрезультатно прикрепить его обратно. — Хорошо, хоть не с водительской стороны отодрали… Василий, признавайся или вспоминай, ты кто, мелкий мафиози? Кому ты принадлежишь?

— Васечка, — испуганно проговорила Аленка, — ты, что проигрался в казино в пух и прах и попал в рабство?!