Воры дважды пролетели мимо своего бизнеса. Если метили в машину, попали пальцем в пустой гараж. Зато в нем имелась другая ценность — десять ящиков спирта. Китайского. Одна незадача: этикетка на бутылках была исполнена сугубо на азиатском диалекте — бледными иероглифами. Только и понятного было — красный крест в углу. И еще маленькими циферками 96 градусов обозначено. Услугами переводчика воры не пользовались. Крест прочитали, как: «Не хлебай — убьет!» От злости разбили банки с вареньем, пустую 20-литровую бутыль. Но бутылки с иероглифами обошли в гневе стороной. А вдруг ядовитые испарения?

Одним словом, прошли мимо своего счастья. Потому что спирт на самом деле был — пальчики оближешь. Евгений Иванович его в меру женил с водицей, добавлял растворимый кофе, корицу, подогревал, потом студил и получался объеденье напиток. Мужикам в гараже очень нравился.

Сегодня как раз тем спиртом расслаблялись.

В отношении погоды на тот период был следующий расклад: сентябрь только-только клюнул лето осенним ветерком, в тайге начала маяться на кедрах созревшая шишка. В городе маялись по ней мужики. Не удивительно, что разговор за гаражным столом с китайским спиртом после первой рюмки уперся в животрепещущую шишкобойную тему.

— Я в прошлом году в чернореченской тайге рядом с Васей-бесом шишковал, — закусил соленым огурцом Титарев. — У Васи-беса, как водится, и шишкобой, и гульбище все разом. На две недели выехал, в первый день флягу бражки поставил, чтобы не скучно было, и бабенку с собой прихватил из тех же соображений. Проехался дурочке по ушам, что отдохнет в первозданной тайге. Сам как запряг ее! Слышу орет: «Направляй, едрена-шестерена!» А «направлять» барс кралю поставил. Прикиньте.

Следует пояснить, что барс в данном случае не хищник о четырех лапах, по снежным склонам прыгающий за добычей, а бревно свежесрубленной березы. В два с лишним метра длиной, и толщина сантиметров двадцать. Не каждый мужик такое поднимет. А если с непривычки потаскает, то к вечеру на плече кожи нет.