— Я всего лишь хотел, чтобы дрянной мальчишка улыбался, а вышла эта порочная физиономия.

— Вот именно, приятель. Кажется, что пирушка в разгаре и парень веселится напропалую, а, Дживс?

— Определенно, сэр, он выглядит так, будто изрядно набрался.

Коржик хотел что-то сказать, но тут дверь открылась и вошел мистер Уорпл.

Секунды три он излучал радость и добродушие — пожал руку мне, хлопнул по плечу Коржика, высказался насчет чудесной погодки и помахал тростью. Дживс отступил в глубь комнаты, поэтому дядя его не заметил.

— Брюс, мальчик мой, надеюсь, портрет готов — действительно готов? Что ж, показывай. Он станет прекрасным сюрпризом для твоей тети. Ну, где же он? Давай…

И тут — внезапно, неожиданно — портрет попался дяде на глаза. Эффект от увиденного был сродни резкому удару кулаком — мистер Уорпл громко выдохнул и зашатался. С минуту или больше висела самая жуткая тишина, какую мне когда-либо приходилось слышать.

— Это что, розыгрыш? — наконец произнес он тоном, от которого по комнате пронеслась дюжина сквозняков сразу.

Коржика надо было спасать.

— Для лучшего восприятия стоит отойти чуть подальше от портрета, — порекомендовал я дяде.

— Да, тысяча чертей! — заревел он. — Подальше! Так далеко, чтобы не видеть эту мерзость даже в телескоп! — Он набросился на Коржика, словно свирепый тигр, узревший в джунглях добычу. — И на это — на это! — ты тратил свое время и мои деньги все эти годы! Художник! Да я бы не подпустил тебя даже стены в моем доме красить! Я заказал тебе портрет в надежде, что ты настоящий мастер, и что я получил в результате? Картинку из комиксов! — Тигр рванул дверь, рыча и яростно хлеща себя по бокам хвостом. — Все, мое терпение лопнуло! Если тебе угодно и дальше валять дурака и корчить из себя художника, чтобы найти оправдание своему безделью, — пожалуйста! Но вот что я тебе скажу: если в понедельник утром ты не явишься ко мне в контору и не признаешь, что покончил со всеми глупостями, готов работать и пройти весь трудовой путь с самого начала, как и следовало сделать пятью годами раньше, то больше ты от меня не получишь ни цента! Ни одного цента, слышишь? Ни единого! — Мистер Уорпл хлопнул дверью и удалился.