Только я устроился на тахте в руках с журналом «Для дома, для быта», как знакомый женский голос из радиоприемника сказал: «Начинаем передачу «Это вам, романтики!» И знакомый баритон мягко и вместе с тем тревожно запел:
Тахта подо мной неуютно заскрипела. Я встал и прошелся по комнате: от окна к двери и обратно. За окном ТУ-104 аккуратно прострочил голубое небо белой ниткой.
прокомментировал этот факт баритон.
Под крылом самолета, а вернее под расплывшейся строчкой, ни о чем не пели чахлые тополя, магазин «Бакалея-гастрономия» и районный штаб народной дружины по охране общественного порядка.
Я вздохнул и отвернулся.
«Ха-ха! Радоваться надо! — мысленно сказал я. — Приди она на вокзал, ты бы далеко не упрыгал! Будь уверен!..»
Я прикрутил радио и вышел за сигаретами.
Когда я вернулся, жена была уже дома.
— Тише! — сказала она и кивнула на радио. — Очень интересная передача — «Для тех, кто в пути».
пел на этот раз женский голос.
«Эх, живут люди! — подумал я, с омерзением ступая по ковровой дорожке. — Он геолог, она геолог. Тропы, перевалы, буреломы… Солнцу и ветру брат… А тут! Сам — технолог, жена — филолог…». Я посмотрел на жену. Она, как ни в чем не бывало, стряпала пельмени.
— Опять эти пельмени! — завопил я. — Когда ты расстанешься со своим мещанством?!
— Господи! — сказала жена, уронив руки. — Чем же тебя кормить?
— Сухарями! — топнул ногой я. — Рыбными консервами! Печеной картошкой!