— Да ладно, чего уж там, — миролюбиво сказал Тамино, которому уже порядком надоел весь этот цирк.

Буревестник еще раз низко поклонился и торжественно изрек:

— Позвольте представиться, Голиаф, Генеральный секретарь Большого совета Южнополюсного сообщества, посол при Совете пингвинов. К вашим услугам, Дражайший пингвин Тамино!

Теперь уже Тамино невольно вытянулся в струнку. Большой совет Южнополюсного сообщества — это тебе не шутки! Ему подчинялись все жители Южного полюса, и все его решения считались законом.

— Чем могу быть полезен, господин Голиаф? — осторожно спросил Тамино, который относился с большим почтением ко всему, что имело хотя бы отдаленное отношение к БСЮСу, как сокращенно называли все Большой совет.

Голиаф пододвинулся поближе и с заговорщицким видом зашептал Тамино прямо в ухо:

— Вы получили высокое назначение, господин Тамино!

Озираясь по сторонам, Голиаф быстро достал из-под крыла большую ледышку и начал читать нацарапанный на ней текст: «Сим сообщаем, что пингвин Тамино, спаситель принцессы Нанумы, в знак признания его заслуг перед Южнополюсным сообществом, назначается постоянным членом БСЮСа с предоставлением ему права голоса при решении всех вопросов. В связи с вышеупомянутым назначением предписываем пингвину Тамино незамедлительно явиться в Южнополюсный парламент».

Тамино потерял дар речи. То, что он услышал, никак не укладывалось у него в голове. Он — член Большого совета? Нет, это какая-то ошибка! Ведь он еще учится в школе! Разве он может принимать участие в таких важных делах?!

Тамино взглянул на Голиафа. Тот все еще стоял, вытянувшись в струнку, явно ожидая от Тамино какой-нибудь реакции. Надо что-то отвечать.