Мастер осторожно опустил железную заготовку на наковальню и со смешком сказал:

— Ну что ж, за дело, сынок! Только возьми для начала молоток поменьше. Но бей по заготовке поосторожней, чтобы искры случайно не попали тебе в лицо!

Бар презрительно поджал губы — мол, учи ученого! — и назло отцу подошел к самому большому молоту.

Рувим охнул:

— Сынок, ты что делаешь? Да ты этот молот и поднять-то не сможешь!

— Еще как смогу… — пробормотал Бар и схватился за длинную ручку.

Каким-то чудом ему удалось поднять тяжеленный молот. Бар даже сумел размахнуться — но тут его повело в сторону. И вместо того, чтобы ударить по железной заготовке, молот врезался в ящик, где лежали инструменты. С грохотом ящик разлетелся на щепки, и инструменты посыпались на пол.

— Бе-ере-егись! — испуганно завопил Бар и, следуя за неуправляемым молотом, понесся у наковальне. Рувим едва успел отпрыгнуть в сторону, и этим спасся. А Бар споткнулся, и молот, словно тяжелый снаряд полетел прямо в пылающий горн.

Рувим вытер пот с лица, а потом расхохотался.

— Ну, спасибо, сынок! Помог отцу, нечего сказать. Придется плуг ковать мне самому. Но сначала придется выковать новый молот! Я же говорил тебе — берись для начала за метлу, эта работа как раз по твоим силам. А когда окрепнешь, то можешь взяться и за самый легкий молот. Но тебе хоть кол на голове теши, ты все делаешь по-своему!

Бар облизнул пересохшие губы. Он встал с пола, отряхнул колени — а потом по привычке задрал нос.

— Не хочу я поднимать молот ни полегче, ни потяжелее! Ремесло кузнеца не по мне. Лучше я стану столяром, как дядя Шоль. По-моему, делать столы да стулья — очень легкая работа. Стучи себе молотком по гвоздям, и все. Красота, а не работа!

Рувим вздохнул.

— Это тебе только так кажется, сынок. Легко только бездельничать, а любая работа требует терпения и умения. Но кузнеца из тебя, кажется, на самом деле не получится. Что ж, попробуй учиться на столяра!