Но если бы Павлик слышал, о чём в эти минуты говорили Алик и Минька, настроение у него было бы совсем другое.

— Не связывайся, Минька, с ним, — предупреждал Алик своего дружка. — Он вон какой, меня сразу сшиб.

Вовка сказал, что он тихий, а он, наверно, тихоней только прикидывается. Никому теперь покоя не даст. Приехал… ждали его… нужен очень… — всхлипывал Алик. — Без него как хорошо было…

Минька задумался. Если Алик жалуется, если у него слёзы выступили, — значит, действительно дело плохо. Силу Алика Минька знал. Не раз боролись и в боксе состязались, и чаще всего побеждал всё-таки Алик. А этот, новенький, его сразу свалил.

И Минька решил: значит, надо быть с ним по-хорошему. А если он такой сильный и смелый, то прямая выгода им дружить. Тогда они никого не будут бояться.

— Давай на его долю червей накопаем, — сказал Минька. — И позовём с собой рыбу ловить. Дадим ему самую лучшую удочку. Может, он тогда ничего…

— Да, а если опять полезет? — побаивался Алик.

— А мы с ним поговорим.

Вскоре черви были накопаны. Много набрали их, целую банку из-под консервов. И пошли.

— Вон он сидит, высматривает, — выглянув из-за угла дома, с опаской шепнул Алик.

Минька прищурил глаза и из-за плеча товарища с минуту пристально наблюдал за новичком. Вид его не предвещал ничего хорошего. Хмурый, насупленный сидит. Злой, наверно.

Надо было что-то предпринять, делать первые шаги к сближению.

— Мальчик, а мальчик… Хочешь с нами рыбу ловить? — придавая голосу самую искреннюю задушевность, предложил Минька. — Мы с Аликом и для тебя червей накопали. Вон сколько, смотри! — издали показал он банку.

«Вот он, Минька-то!»

К удивлению Павлика, Минька, которого он так опасался, был ростом меньше Алика. Рыжеватые, ёжиком торчащие волосы, рассыпанные по лицу веснушки, остренький, как у воробья, нос с облупленной кожицей и доверчивые голубые глаза совсем не создавали впечатления грозного драчуна. Но ласковому голосу и заманчивому предложению