- Время не терпит, Михаил Михайлович! Райпотребсоюз и Дом искусств вечером. Ждите Вишневского. Чернецкой, Вы знаете, где его найти? На Большой Морской, у Джорджа Шелтона.

- Кстати, Борис! Как Ваша подготовка к экзаменам?

- Я готовлюсь, Михаил Михайлович, серьезно готовлюсь.

- Смотрите - химию в нынешнем году принимаю я и Вас из одной только личной симпатии не премину погонять как следует!

Ивлинский, уже заканчивающий школу, готовился к поступлению в Екатерининский горный институт.

- Всего доброго, Михаил Михаилович!

- Прощайте, прощайте, господа!

- ...Итак, Вы - к Шелтону. Вот, на всякий случай, его адрес.

- Всего доброго, Николай Степанович. Прощайте, Борис. - Эти фразы Женя, который залез в карман куртки, чтобы положить туда визитную карточку, произнес . уже несколько рассеянно: Борис заметил, что он явно растерялся, не обнаружив чего-то в кармане... Не вынимая руки, переворошил его содержимое... Облегченно вздохнул.

Все было на месте - и перчатка, и сама шпага.

3

"А может, и стоило бы сделать новую - по Парацельзу... - думал Женя, стремительно идя по Большой Морской. - Но мне не нравится форма этой Парацельзовой штучки... Но ведь штучка Парацельза - усовершенствованный вариант того же самого... Суть остается. И если мне не нравится усовершенствованный, то есть где суть наиболее выявлена, вариант... значит... Значить это может только одно - что эту тему стоит обойти. Любопытно, что это за Шелтон? Работает он под прогрессивного английского журналиста, члена лейбористской партии... Кажется, приехал не один - не помню, с кем. А может, не так уж все и страшно - ведь во всех этих делах нужна аптекарская точность... Может статься, что не то заложено не в той штуке, которую я таскаю с собой, а именно там, где начинается работа Парацельза? До чего же все-таки трудно самому, вслепую, без ведущей руки ощупью искать дорогу...