Тётка Полина оттёрла от подзорной трубы Повара и прильнула к ней.

— Ну да, это она! Моя, зелёная эта! С моего огорода!

— Что значит «моя»? Сразу же «моя»! — опустив бинокль, возмутился Дачник- неудачник.

— Вы что, её купили? — поддакнул Повар и отодвинул тётку Полину в сторону.

Они снова замолчали и следили за Огуречной Лошадкой, пока та не скрылась за деревьями.

— Надо же, бегает! Биоробот, что ли?

— Это же мечта, а не огурец! Но почему он живой? — недоумевал Повар.

Больше они не разговаривали, но каждый думал о своём. Дачник-неудачник думал вот что: «Поймать бы её, измерить, потом по ней чертёжик сделать. И заявочку на изобретение — раз! Мол, вот вам чудо техники! Поди докажи, что, мол, не я её изобрёл. А если станут спрашивать, на каком горючем она работает, скажу — на огуречном рассоле! Ха-ха-ха! Весь свет смотреть сбежится».

«Это чудо, а не огурец! — думал Повар. — Какое необыкновенное кушанье я из него приготовлю. С чесноком, с подливочкой! Сразу же прославлюсь, стану лучшим поваром в мире! Интервью, поездки, слава! Всемирная известность! А в Книге рекордов Гиннесса мой рецепт напечатают».

— Поймаем? — предложил он. — Я вас на торжественный обед приглашу! Главным блюдом будет эта огуречная коза… или лошадь… не важно… запечённая в духовке!

— Только попробуй! — рявкнул Дачник-неудачник. — Только руки протяни — протянешь ноги! — И огромный волосатый кулак изобретателя возник перед носом Повара. — Мне она нужна самому, но для более возвышенной цели. Для науки!

— Ишь ты, разлетелись на чужое добро! — наступала на них тётка Полина, потрясая кулаками, тоже довольно крепкими. — Моя она, моя! Моя! На моей огуречной грядке выросла! Моей козе Алексашеньке подружка будет! Вместе они и поедят, и поиграют… Может, она, моя Алексашенька, капризничать перестанет, доиться лучше будет. — Тётка Полина заплакала, сморкаясь в краешек фартука. — И что же вы, ироды, меня, сироту, обижаете? Ишь, сколько нахапали добра! И всё мало?! — голосила она на весь посёлок.