(«А ведь это денег стоило!» – напомнил папа.) Видеосистема, кстати, составляла особо тяжкую статью в перечне Сашиных преступлений. Папа ее упорно чинил в течение двух месяцев, отдавая последние средства на это дело. Но до сих пор ни один ремонтник не сумел выяснить, как ребенку удалось так изощренно загубить тонкую технику. Впрочем, если бы только «видик»! Саша обвинялся в бессмысленной порче вещей почти по двум десяткам пунктов. И еще: на последнем родительском собрании вскрылось, что какие-то шестиклассники собирают цветные металлы по помойкам и вымогают пустые бутылки у пенсионеров. Методом дедукции мама доказала, что ее сын имеет к этому прямое отношение. Главная улика – вечно грязная Сашина одежда… Наконец родители устали копаться во всем этом сраме и перешли к обобщениям.

– Я же столько для него… – горько сказал папа. – Сутками не спал, корячился в тундре, гнул спину на олигархов, а он, скотина неблагодарная, только портит, портит, портит…

– Может, у него координация движений нарушена? – Мама потянулась к популярной медицинской энциклопедии. – Наверное, у него не получается не ломать и не пачкаться. Давай, найдем ему хорошего платного невропатолога.

– Платного? – недобро переспросил папа. – Да он еще летом был совершенно нормальный! Что ты всюду болезни ищешь, дура? Сопляк распустился совсем, а я за это еще плати. Я сам буду его лечить – бесплатно, ремнем. И делать это регулярно, а не только когда выведет из себя.

Мама заявила энергичный протест:

– С твоим «лечением» он совсем дебилом станет. – И срочно переменила тактику: – Сашенька, милый, ну ты же самый последний в классе! Даже Петя Жаров и то лучше тебя учится. Неужели ты действительно такой глупенький?

– Почему я самый последний? – резонно возразил Токарев. – Чернагу Матильда вообще выгнала и сказала, что на алгебру больше не пустит.

– Другого идиота не мог для сравнения подобрать! – взорвалась мама. – Не говорила я тебе, но теперь скажу для полной ясности! Дотянут тебя до аттестата, а там выпрут. И пойдешь ты в грузчики или в дворники.