К вечеру друзья встревожились не на шутку. Они шли целый день, а горы так и не стали ближе.

— А может, повернем назад? — неуверенно предложила Беатрис. Вокруг, куда ни глянь, тянулись холмы Мерзкого нагорья. — Еще не поздно вернуться в Призрачный город. По крайней мере, мы знаем, сколько до него идти.

Мэй оглядела пустынный пейзаж и задумалась. Она сунула руку в карман и сжала коричневый конверт. Вот бы Хозяйка подала ей какой-нибудь знак! Но конверт был пуст.

Друзья примолкли. Каждый шел, думая о чем-то своем. Горы узенькой полоской вытянулись вдали. А если посмотреть с точки зрения гор, это путники ползли к ним, точно букашки. Подумав об этом, Мэй приуныла.

— Однажды я устроила у себя в комнате Гавайские острова, — начала она, чтобы отвлечься от мрачных мыслей. — Сделала из надувного бассейна лагуну, а по стенам расклеила бумажные пальмы. Но бассейн порвался, и всю комнату затопило. Мама так ругалась!

Беатрис выслушала ее с понимающей улыбкой:

— А я однажды пошла на бал с фиолетовым бантом вместо розового, который шел к платью. Мама была ужасно недовольна.

Мэй засмеялась:

— Один раз я уснула с конфетой, она растаяла, прилипла к волосам, и маме пришлось ее выстригать.

Так у Мэй и появилась новая прическа — коротенькое каре. Раньше волосы девочки были блестящие и длинные, до самого пояса, как у настоящей лесной дикарки.

Они принялись вспоминать, за что их ругали мамы. Однажды Мэй смыла в унитаз свою зубную щетку, представляя, что это подводная лодка, — и старые трубы прорвало. А сколько раз ее выпускали гулять чистенькой и причесанной, а возвращалась она с полными карманами грязных кристаллов кварца. Мэй думала, что они такие же ценные, как бриллианты, и собиралась купить на них что-нибудь в Кабаньей Лощине. Для этих сокровищ миссис Берд сделала в комнате дочки специальную полку.