- Куда едешь? - Петр нагнулся к переднему сиденью, где сидел Степанов.

- Куда, куда, - передразнил тот. - На ку-два. Ты, брат, совсем зарепортировался, краше в гроб кладут.

- Ты же знаешь, - ответил Петр, - работа у нас такая.

- Значит, нету, говоришь, других забот? Тогда поехали в банкет на тыщу персон с балычиной, поросятиной и прочим хреном. Меня за что держат? Сколько ни дай уродов - всех накормлю и упою! А заплатить не напомню, - с неожиданной злостью сказал Степанов, но, повернувшись к Петру, улыбнулся: неужели при том для старого кореша не хватит, другана под дождем оставлю?

Завывая сиреной, машина на скорости круто свернула с моста в темную от нависших ветвей аллею и через двести метров осалилась перед раздвигающимися створками белых ворот. Через минуту Петр входил в правительственную резиденцию на Каменном острове, известную как "спецобъект К-2". Не задержавшись в вестибюле, Степанов завернул в длинный коридор.

- Васильич, - уважительно обратился он к неторопливо подошедшему метрдотелю, - организуй нам по-быстрому закусить. И познакомься: Петр Рубашкин, мой личный почетный гость. Отведи его потом к нашей новенькой, вели причесать и погладить. Водилу накорми и отправь за моим костюмом, пусть по дороге заскочит к Алику, возьмет все для моего друга и скажет, что я прошу.

Васильич цепко оглядел Петра:

- Рост пятый, размер 52, обувка на сорок два, лучше с половиной... Все так?

- Да, - ответил Петр и вслед за Степановым вошел в небольшую комнату. Три официанта опрятно накрыли и гуськом ушли, последний закрыл за собой дверь.

- Сперва рыбки, потом выпьем, закусим и снова нальем, - сказал Юра. Меня умял, как мне хорошо, как мне с тобой хорошо...

- Вызывали, Александр Вадимович? - спросил Калинченко, заглядывая в кабинет.

- Не маячь у дверей, заходи, - ворчливо буркнул Микин. - Опять в джинсах? Двух выговоров мало, по третьему тоскуешь! Где форма, небось моль дома кормишь?