- Я поймаю тебе миллиард бабочек, но не здесь, а там, только... - Нельзя, сынок,- повторил отец и вздохнул.- И не просись, не настаивай, учись быть терпеливым... Прошу тебя. - Но ты ведь даже за своими насекомыми летаешь на самые далёкие планеты... - Верно, меня туда командируют, и еще я летаю туда по просьбе этих планет в качестве консультанта. Но и для меня существуют законы Высшей Дисциплины, Высшей Совести и Высшего Терпения, и есть планеты, на которые по разным зависящим и не зависящим о г меня причинам я не имею нрава летать. А ведь я взрослый. И я не могу нарушить параграфа о детях "Инструкции межзвездных полётов". Она написана добрыми и мудрыми людьми... - Но почему они забывают, что дети... - Толя!.. - Отец в изнеможении откинулся на спинку кресла. - Ну что у тебя за характер! Ты да-же не представляешь, что это такое - полёт туда... - Представляю! Я ничего не боюсь! Папа, прости меня, но ты... Ты сверхосторожный! Сверх... - А ты в таком случае сверххрабрый, сверхстранный, сверхмальчик! - Отец встал из-за стола, засмеялся и дёрнул его за ухо. - Рвёшься на сверхдальние, а научился нырять на двадцать метров? А прочитал все пять тысяч страниц "Книги океанов"? А веснушки на своём собственном носу сумеешь сосчитать? Толя выбежал из кабинета. Опять эти веснушки! Эти насмешки насчёт глубины его познаний... Толя бросился к маме - она уже вернулась из своей Академии облаков, где занималась проблемами их буксировки в засушливые районы Земли... Но тут же он отскочил от двери: мама ведь тоже была против его полёта па сверх... ах опять это проклятое "сверх"! - ...дальние планеты. И брат его, тоже учёный, посвятивший свою жизнь жизни крабов, не поддерживал Толю. И сестра, писавшая стихи... Толя вылетел из квартиры, нажал на зелёную, светящуюся на чёрной дощечке кнопку, и к нему тотчас бесшумно примчался лифт. Толя вошёл в кабину. Что ж это получается? Он, Толя, рвётся к необычному, к загадочному и высокому, а им это... Толя шмыгнул носом, сдержал слезы и шагнул из лифта.