— Нет, — испуганно отказался Сергей.

— А я съем, — спокойно продолжала Света. — Сегодня похороны. Люську — Танину подругу — могут выгнать из больницы, потому что должна проверять тумбочки. У профессора Корнильева обострение язвы, а Таня…

Но Серёжа уже ничего не слушал. Он уставился на злополучную бутылку «Столичной», стоявшую на полке распахнутой дверцы холодильника.

— Что это? — спросил он у Светы; девочке не понравилось, что Серёжа её не дослушал.

— «Столичная», — ответила она холодно. — Налить с дорожки?

, Сергей обалдел.

— Это у вас тоже долг гостеприимства? И часто у вас бывают гости?

— Угу, — ответила Света, прихлёбывая чай из блюдца и внимательно наблюдая за Сергеем.

На холодильнике стоял тёмный флакон с таблетками. Серёжа схватил его и стал рассматривать на свет. Флакон был без этикетки.

— Дай сюда, — сказала Света про тёмный флакон. Ей почему-то всё больше не нравилось Серёжино поведение.

— Зачем? — Сергей спрятал флакон за спину.

— Надо. Холодильник закрой.

Сергей с опаской протянул девочке флакон. Светлана вытащила из него таблетку, привычным движением бросила её в рот и запила чаем.

Сергей смотрел на девочку с ужасом.

— Что ты сделала? — спросил он её.

— Ничего. Приняла аскорбинку. А может, вы всё-таки не Лавров? — снова перешла на «вы» Света.

— Лавров, Лавров, — думая о своём, ответил Сергей и провёл пальцем по пыльной гитаре. — Так… — протянул он. — Всё равно Таньку надо спасать! Я побежал!

— Куда?

— К Неониле Николаевне. Мы что-нибудь вместе придумаем.

— К этой ехидне? — удивилась Света.

— Что ты! Наша Неонила — святая женщина, — ответил Сергей и выскочил из комнаты.

— Нет, вы всё-таки не Лавров! — крикнула Света ему вслед.