— Я не могла иначе.

— Я понимаю.

— Я люблю тебя.

— Я хочу тебя любить.

Через тридцать дней Ольга сказала:

— Это заговор!

— Какой к черту заговор?! — вспылил Виктор. Мало того, что рожа разбита, под глазом синяк; куртку сперли, так еще слушай бабьи глупые бредни. — Чушь!

— Обыкновенный заговор! — Ольга обиженно отвела взгляд.

Он спохватился. Не стоит кричать, Оля ни в чем, ни виновата.

— Не болтай ерунду! — добавил мягче и поднялся с кухонной табуретки. — Просто неудачное стечение обстоятельств, — миролюбиво повторил.

Часом ранее Осин зашел в лифт. И едва протянул руку к пульту управления, как услышал:

— Подождите, не уезжайте, — в кабинку ввалился, запыхавшийся немолодой мужчина в кепке, надвинутой на глаза.

— Вам какой? — спросил Виктор, подразумевая этаж.

Дверь, шипя и поскрипывая, закрылась.

— Вот какой! — Мужик замахнулся.

Под градом ударов Виктор потерял сознание. Очнулся он от озноба, на верхнем девятом этаже, в темном, вонючем, пыльном закутке рядом с мусоропроводом. Кожаная куртка и пиджак исчезли, карманы брюк были вывернуты.

— Что с тобой! — испугалась Ольга, увидев окровавленное лицо. Виктор со стоном перешагнул порог и отправился прямиком на кухню. — Помоги мне! — приказал сдавленным голосом, — тащи вату, спирт, бинт, перекись. Что найдешь.

Ольга нашла заговор.

— Не болтай ерунду. Просто стечение обстоятельств.

— Нет! — Ольга не собиралась уступать.

— Ладно, ладно, — Виктор погладил русую макушку, — не боись, прорвемся. Где наша не пропадала?!

Он устроился на диване в гостиной. Кружилась голова, подташнивало.

— Может быть скорую вызвать? — спросила Ольга. — Или милицию?

— Отлежусь, оклемаюсь, не надо докторов. И ментов не надо. Я этого ублюдка даже не разглядел толком. — Виктор закрыл глаза.