Невесело бабка Анфиса взглянула:

— Не дойти мне, Пашутка, до речки. Вот если бы мне мою молодость хотя на минутку, сразу бы стала здорова.

— А где твоя молодость, бабушка?

— Ушла на дно речки, стала колечком, — сказала так бабка и отвернулась к стенке.

Побежал Пашутка на речку Шептунью. Засыпана снегом Шептунья, покрыта толстым льдом. Никого нет кругом. Стоит Пашутка на мосту под старой ракитой. Видит: барашек из почки выглядывает. Белый, точно голубь. А копытца — красные. Позвал его Пашутка:

Белая шубка, Красные копытца, Ракитовый барашек, Выпрыгни из почки, Пробеги, простучи По мосточку.

Выпрыгнул барашек из почки. Пробежал, простучал по мосточку и спрыгнул на лед. Опять Пашутка просит:

Ракитовый барашек, Белый, словно голубь, Ударь об лед копытцем, Пробей во льду прорубь!

Ударил барашек копытцем об лед и пробил во льду прорубь. Вода в проруби чистая, словно слеза. Каждый камешек видно. Много их, камешков, круглых, белых. Один камень серый, большой. А колечка на дне не видать. Все бы камешки Пашутка на дне перебрал, если б только до дна достал. Просит он барашка:

Ракитовый барашек, Красные копытца, Выпей, барашек, Из проруби водицу.

Нагнулся барашек к полынье и выпил из нее воду. Стал Пашутка белые камешки поднимать, под ними колечко искать. Стынут Пашуткины пальцы, а камешков не сосчитать. Все их, до самого мелкого, перебрал Пашутка. А колечка не видать. Остался теперь один камень — серый, большой.

Уперся Пашутка в серый камень руками, толкает — с места его сдвинуть не может. Опять зовет барашка. Уперлись в серый камень: Пашутка — руками, барашек — копытцами. Толкали, толкали — столкнули камень с места! Под камнем — мокрый песок, а в песок колечко впечатано. Тоненькое, с бирюзовым маленьким камешком. Спрятал его Пашутка за пазуху и побежал домой.