Мальчишке неудержимо захотелось расплакаться и открыть матери все-все. Ведь рассказывал же он ей обо всем, когда еще был маленьким. Но Володька сдержал себя и притворился спящим.

Мать ушла, тихо затворив за собой дверь.

Нет, мама и своими заботами сыта по горло. Один отец чего стоит. Да и близнецы - ребята шустрые. Нечего маму понапрасну расстраивать.

Придется Володьке самому выпутываться. Ни на чью помощь он не может рассчитывать.

В доме все спали, кроме мамы. Наконец, переделав все дела, легла и она.

Володька выжидал. Мама не скоро уснет. Да и храп отца ей мешает.

Надо подождать. Еще есть время.

А вот теперь - пора! Володька, не зажигая света, быстро оделся. Привычка! Сколько раз вставал засветло, собираясь на рыбалку.

Нашарил под диваном веревку, вытащил ее и привязал одним концом к батарее. Двойным морским узлом. Потянул изо всей силы - должна выдержать.

Свободным концом веревки обвязал рюкзак, который был упакован еще днем и лежал в углу под кроватью.

Кажется, все. А записка?

Володька вынул из школьного портфеля тетрадь, вырвал из нее страничку. Теперь ему тетради долго не понадобятся. Взял ручку и задумался.

А потом, склонившись над столом, решительно вывел на белевшем в темноте листке:

"Я уехал. Не ищите меня. Со мной ничего не случится. Начну работать, вышлю деньги".

Володька подошел к окну, бесшумно отворил его и окинул цепким взглядом пустынную улицу. Вроде бы - никого.

Мальчишка осторожно спустил вниз рюкзак. А потом, прикрыв за собой окно, спустился по веревке и сам - на одних руках.

На земле Володька отвязал рюкзак и, не оглянувшись на дом, торопливо зашагал по улице.

ВСТРЕЧА НА ВОКЗАЛЕ

Поезд приходил в полночь, и потому Петр, попрощавшись с попутчиками, загодя вынес свой тяжеленный черный чемодан в тамбур. И теперь, прижавшись лбом к холодному стеклу, Петр всматривался в темноту, стараясь узнать, где проходит поезд. Но в темноте не больно чего разглядишь. И Петр скорее угадывал знакомые места, чем видел их.