– Поселок хотите спалить?

Если бы над тихой станцией Мальчики грянул салют из сорока орудий, он произвел бы на мальчишек, столпившихся у костра, меньшее действие, чем спокойный голос старшины.

Оказалось, что каждый из ребят представляет собой сжатую пружину. Теперь все пружины мгновенно разжались, и огнепоклонники разлетелись в разные стороны.

У костра остались двое: Алеша и Марат. Первый от неожиданности, второй – из солидарности.

– Поселок хотите спалить? – повторил старшина Синяк, и от его ледяного голоса костер сразу ослаб.

– Нет, не хотим, – сказал Алеша.

– «Не хотим», – ответил старшина так, как будто записал каждое Алешино слово. – А для чего с огнем балуете?

– Мы не балуем, – сказал Марат.

– Помолчи, – растягивая буквы, произнес Синяк, – не тебя спрашиваю.

Он желал говорить только с Алешей, будто его профессиональная проницательность безошибочно определила, кто был создателем этого очага пожара. Глубоко ошибается тот, кто считает, что ложь является лучшим средством спасения. Нет, чаще простая правда оказывается чудодейственной палочкой-выручалочкой.

– Пионеры в лагере учились костры разжигать на время. Я тоже научился и решил показать ребятам, как это делается, – сказал Алеша.

Он думал, что это правдивое объяснение вряд ли поможет ему, ибо, как он понял, этим костром нарушил какой-то неведомый закон станции Мальчики и должен за это держать ответ.

Но его слова произвели на старшину Синяка совершенно обратное действие. Во-первых, у старшины изменился голос: из трубного он стал простым, комнатным. Во-вторых, в ледяных глазах блюстителя порядка мелькнули веселые любопытные огоньки.