— Они не будут голодать, — пояснила Тэфи. — Моя мама пригласила их на кухню самим приготовить себе сандвичи.

На какое-то мгновение женщина, казалось, пришла в ярость. Но потом сама идея предложить постояльцам «Сансет хауз» отправиться на кухню и самим приготовить себе сандвичи, как видно, показалась ей весьма забавной. Она залилась смехом, который оборвался так же внезапно, как и начался.

— Ты — та самая маленькая девочка, да? Внучатая племянница мисс Эрвин?

— А вы, — вежливо заметила Тэфи, — наверное, Селеста. Говорят, что вы иногда видите дурные предзнаменования. А что именно вы в это время видите?

Глаза Селесты стали еще темнее.

— Я тебе сказала — это предостережение чаек. Они правы — те люди, которые заявляют, что ничего не могут со мной поделать. Но и без меня им не обойтись! Эта затея с сандвичами долго не продержится. Люди приезжают в «Сансет хауз» потому, что стряпня Селесты Клотьер пользуется такой же славой, как стряпня другой Селесты, ее матери, в великие времена «Пушки».

Тэфи ничего не поняла из того, что услышала, а потому промолчала.

Спустя мгновение Селеста продолжала:

— Сегодня день прихода парохода. Это означает, что появится много лишних гостей, которые захотят отведать моей стряпни. Ха! Сандвичи. Хлеб с ветчиной, маринованными овощами и сыром. Они все уйдут и больше никогда не вернутся.

— По-моему, это не очень-то красиво, — негодующе заявила Тэфи. — Если дело и дальше так пойдет, отель может прекратить свое существование.

— Ты очень сообразительная, коли понимаешь это, — сказала Селеста, словно бы довольная этими словами.

Поварихе явно не было никакого дела до будущего семейства Сондерс. Тэфи хотела спросить, почему приезд ее матери огорчил ее, но момент показался ей неподходящим. Кроме того, ей хотелось выяснить еще кое-что. Не то чтобы она сама не могла догадаться, в чем тут дело, но ей хотелось удостовериться в своей правоте.