- Я попрошу вас повторить слово в слово ту фразу, которую вы должны были сказать при явке в аптеку, - продолжал Иван Васильевич.

Арестованный повторил.

- Ее нельзя перефразировать или переставить слова по-другому?

- Нет. Заставили выучить наизусть и несколько раз спрашивали. Это как пароль.

- Так. А все остальное можно говорить своими словами?

- Да. Он уже будет знать, что "свой".

- Дальше. Что вы должны делать после того, как разыщете знакомых?

- После двадцатого числа нужно было прийти опять в аптеку и спросить, какие сведения есть от Григория Петровича? Не заходил ли он к нему?

- К кому?

- К этому... к Шарковскому. Тогда он скажет, где искать или ждать Григория Петровича.

- Дальше?

- Все. Остальное будет приказывать Григорий Петрович. Я должен быть в его подчинении.

Иван Васильевич снова сделал несколько пометок.

- Теперь скажите, кто такой Григорий Петрович. Вы его знаете?

- Видал два раза. Очень серьезный человек.

- Как его фамилия?

- Мальцев.

- А еще как?

- Больше мне ничего про него не говорили. Правда, один раз, когда он проходил по коридору, так мне шепнули: "Тарантул".

- Кто шепнул?

- Один из наших полицаев.

Иван Васильевич переглянулся с помощником, и тот понял начальника.

- Разрешите сейчас сходить? - спросил он вполголоса, наклоняясь к нему.

- Да. Там есть отдельный пакет... - Принести фотографию?

Иван Васильевич кивнул головой, и Бураков ушел в архив разыскивать нужный документ.

- Какой он из себя, этот Мальцев?

- Невысокого роста, широкоплечий... лицо бритое, немолодой. Одет...

- Каких-нибудь особых примет не заметили? - перебил его Иван Васильевич.