И вот смешно, когда Ветрова прорабатывает нас на собрании — не обидно, а Глинская скажет — так и хочется треснуть, не девчонка, а сибирская язва! Вчера вдруг ласково спрашивает: «Митенька, ты свои кудри вечером на бигуди накручиваешь или химию сделал?» Митька побелел, у него и правда волосы длинные, а концы завиваются. И решил отомстить: нарочно ее кроликов на перемене выпустил в коридор. Они запрыгали, все стали их тискать, а она заревела, начала собирать, приглаживать, что-то каждому шептала, а потом громко ему заявила:

— Кто животных мучает, тот палач, он и людей может…

Митька застыл, я даже испугался, что он ее треснет, но он только белыми губами шевелил.

Что в нем меня удивляет — это обидчивость. Я не могу долго злиться, скучно становится. Наверное, он прав, я вроде слона. Много, очень много надо, чтобы я всерьез разозлился.

В нашем классе я только одного человека не люблю — Ланщикова с разноцветными глазами. Этот красавчик всегда на подлость готов, не по необходимости, а по натуре. Причем он не трус. Когда его лупили в седьмом, дрался до последнего, но потом мстил, подло, изобретательно, натравливая дружков из-за угла.

Недавно он опять отличился. Послали нас на химическую олимпиаду, меня — для комплекта, конечно, потому что я звезд с неба по химии не срываю. Мы все совещались, чтоб марку школы поддержать. Лучше всех соображали по химии Антошка, Стрепетов, а я, Ланщиков и Варька честно у них все сдували.

А когда подвели итоги — Ланщиков занял первое место, а мы — второе. Оказывается, у нас-то он все слизывал, а сам одну вещь сообразил, он же с репетитором занимается с самого начала года, видел нашу ошибку, промолчал, а в своей работе ее не сделал…

Как такой человек должен называться? Я еще потом ему сказал, что о нем думаю, а он смеется:

— Подумаешь, подлецом обозвал! Да если хочешь знать, это просто здоровый азарт олимпиад, не будьте лопухами. Глинская могла бы легко первое место получить, если бы с нами не делилась, дуракам закон не писан…