— Я верил в нее. Я пришел полюбоваться моим юным джигитом Ниной и каменным хозяином скалы.

— Так он из камня, отец?

— Да, моя крошка. Целая легенда сложилась про каменного джигита. Старая Барбалэ заучила ее наизусть. Пускай она расскажет ее нам.

— О, да! Да!

Княжна выпорхнула из пещеры. Бурные рукоплескания встречают Нину. Зиночка, Бэла, хорунжий и слуги восторгаются ею.

— О, как вы смелы! Настоящая героиня! — говорит Зиночка.

— В роде Джаваха еще не было трусов, — гордо отвечает Нина.

Бэла виснет на шее Нины.

— У-у! Ястребенок горный. Лезет к горным демонам, сама не знает для чего.

И лицо у нее притворно-сердитое.

— Ха-ха-ха! — заливается Нина, — нашла чем испугать!

Абрек берет горящую головню из костра и несет ее в пещеру. За ним спешат остальные.

Вот он, каменный джигит!

Посреди грота высится изваяние из камня. Запрокинута каменная голова, простерты каменные руки. Одна кверху, к небу, другая вытянута вперед, как бы угрожая.

Жуткой тайной веет от каменного идола.

— Простой камень, а как страшно! — Зиночка пугливо жмется к брату.

Здесь, у входа, молодежь обступает Барбалэ.

— Расскажи нам, милая, старое предание о каменном джигите.

Барбалэ молчит с минуту, почти с благоговением глядя на идола, потом идет к костру.

Здесь девочки устраивают ей возвышение из седел в виде трона, покрывают его пушистым ковром, усаживают на него старуху.

— Будь как царица сегодня, Барбалэ, будь как царица! О старом-престаром времени ты станешь нам рассказывать, милая, а тогда певцы и рассказчики пользовались такою же славой, как и цари. Тебе царская слава.

Княжна Нина нарвала веток дикого винограда на склоне горы и, связав их тесьмой, оторванной от бешмета, сделала венок, который и возложила на седую голову старой грузинки.