— Я много слышала о таланте художника Камского и рада познакомиться с вами, Ирина!
Это было так мило с ее стороны, что я не выдержала и со свойственной твоему шальному Огоньку стремительностью бросилась ей на шею и наградила ее таким звонким поцелуем, от которого малютки должны были проснуться в соседней спальне. Потом все пожелали знать кто моя мама, чем она занимается и прочее, и прочее, и прочее без конца. Тогда я вскочила на стул, скрестила на груди руки и объявила им всем во всеуслышание, что ты моя Золотая, что ты в одно и то же время и королева и пастушка, и богиня и нищая. Вот так потеха! Он растянули рты до ушей — все шестеро — и смотрели так, точно проглотили по два комара и по одной мухе.
— Это неправда! — первая нашла выход из своего оцепенения Живчик, — такой мамы быть не может. Вы морочите нас, Камская!
— Да, да, вы морочите нас! — подхватила и толстая финка и потрясала внушительно своими соломенными волосами. И две сестрички Кобзевы откликнулись дружным эхом: невозможно! Невозможно!
Тогда, торжествуя, я постаралась доказать им противное. О, Золотая, если б ты слышала только, как я им говорила! Мое лицо пылало, мои глаза тоже и весь твой Огонек горел своим полным пламенем. Я говорила им, как ты играешь, что не найдется ни одной такой актрисы во всей России, но что у тебя нет достаточно сил и средств, чтобы сделать себе пышный гардероб, как у царицы, приехать сюда и дебютировать на императорской сцене. Я описывала им твой успех у публики, твою молоденькую, как у девушки, фигурку, твой чудный бархатный голос, ту бездну чувства, которым ты обладаешь, твои золотые волосы и фиалковые глазки и… и… Не было бы конца моим рассказам, если бы не появилась точно из-под земли выросшая госпожа Боргина и не приказала нам всем расходиться спать. Наша спальня находится рядом со столовой интерната. Ты представь себе, Золотая, большую, в четыре окна комнату и в ней шесть узких чистеньких кроватей. Три у одной стены, три напротив. Четвертая, должно быть, наскоро пристроенная у печки. Эта последняя предназначалась для твоего Огонька.