— Повытаскал! — закричала вслед убегающему племяннику Соня Петровна и остановилась, чтобы вложить в ладонь глиняное яблоко, как спортсмен вкладывает ядро в секторе для толкания. Но быстро увеличивающееся до племянника расстояние заставило тетю Слоню отказаться от попытки удачно толкнуть яблоко. И вместо этого она опять крикнула:

— Только вернись домой, содранец!

Племянник продолжал убегать. Куда зимой убегать в куртке, он знал — в бойлерную: во-первых, там постоянно тепло, во-вторых, Толя Цупиков не выдаст, в-третьих, тетя Слоня в бойлерной ни за что не развернется и попросту даже застрянет. Все это уже проверено и доказано жизнью.

— Разрешите, — сказала девушка Соне Петровне, вынула из кармана пятаки и побросала в глиняное яблоко.

— Что вы! — приятно удивилась тетя Слоня. — Она кто такая? — тут же спросила у Кости, встряхивая яблоко и прислушиваясь к тому, как в нем позвякивало.

— Моя новая модель, — отвечал Костя.

Тетя Слоня, переполненная бесхитростным желанием добыть все-таки новость, зашла с фланга:

— Она к тебе приехала?

Из прачечной, гонимая тем же непреодолимым желанием добыть новость, выскочила и приемщица белья Тетеркина в белом мятом халате и в пушистом розовом берете. Но тут из бойлерной появился Глебка. Портфель пристроил на голове и нес его, придерживая за ручку, будто какой-нибудь кувшин. Тетя Слоня ахнула, и внимание двора переключилось на Рожкова, на его театральное выступление. Соня Петровна, вскинув свое могучее тело, ринулась продолжать погоню. Рожков немедленно убрал с головы «кувшин» и ринулся удирать.

Дворнику на время работы предоставляется служебная жилая площадь.