Опять что-то спросил невидимый Гора. Дядя Веня покачал головой:

— Откуда, Горушка! — И Стелле: — Ведь спят ещё там, ваши-то?

Стелла приложила палец к губам, кивнула. Ей не то чтобы действительно жаль было будить Нину или Ваньку. Но жаль было портить утреннюю тишину и утреннюю беседу. Хотелось сверху посмотреть на них, на всю эту картину. Именно одной. Пусть даже она и оказалась рассекреченной… Хотелось кое о чём подумать.

О дяде Вене, например. Как он поднял голову, словно услышал Стеллин взгляд. А ведь это получается не у всех. Только у чутких. Стелла даже специально тренировала в себе способность замечать незаметные взгляды… И потом: как он сразу понял, что Нина с Ванькой спят? Глянул на дом и решил: спящий…

Или уж это она слишком?

Дядя Веня между тем с сомнением и горестью покачал головой, словно опять услышал Стеллины мысли, затем вынул из кармана брусок и принялся за косу. Такой от этого звук происходит — ни на что не похожий: дзык-джик, дзык-дзык.

В их посёлке заведено: кому из дачников какая хозяйка продает молоко, тот и должен разрешать выкашивать свой участок. Их семья отдаёт свою траву тёти Машиной корове.

А у Романовых как раз много травы — сколько участка, столько почти и травы, потому что они ничего не сажают. Раньше, давно Горины родители сажали — остались намёки на грядки. А теперь как-то всё… каждый год собираются, никак не соберутся.

Мама говорит: «Мне картошки вашей не надо. Но три-четыре грядки овощей… Георгий, в чём дело-то?» Гора разводит руками: «А что я могу — подумай! Стрелка — барышня, я — начальник, Иван — лентяй несусветный, у тебя маникюр… Нет, ты скажи мне, кого заставить, и я сейчас же возьмусь за ремень!» Нина поворчит-поворчит, а там уж огородничать поздно. И опять всё лето бушует трава.

Их семья такая траволюбная. А может, это из-за Горы повелось. У них многое из-за Горы. На других участках давно выкосили, у них всё стоит. Но тётя Маша не обижается. Или, по крайней мере, помалкивает. Потому что дядя Веня и Гора — друзья. Они бы сейчас, наверное, не были друзьями, но дело в том, что они друзья детства.