С грохотом и треском вырвалось что-то из-под куста прямо перед Павликом. Павлик крикнул Волчку: «Эй!» — и поднял ружье на изготовку. А перепугался до дрожи в коленках уже потом. И напрасно.
Подняв длиннющие уши и собравшись в пушистый комок, сидело перед ним существо, в десять раз сильнее его перепуганное.
— Я з-з-з-заяц.
— Вижу, — сказал Павлик, опуская ружье. — Иди своей дорогой. Я не охотник.
— И з-з-з-зря. — Заяц мотнул головой куда-то вглубь леса. — А то там, на полянке у оврага… там звери. Берегитесь!
— Ничего, — сказал Павлик. — У меня ружье.
— Пошли! — потребовал подбежавший Волчок. — Следы как раз туда ведут.
Это Павлику, конечно, не очень-то понравилось. Но с другой стороны, нельзя же пугаться страхов з-з-з-зайца, если ты — мужчина с ружьем.
Заяц посмотрел Павлику с Волчком вслед, головой покачал и опять под куст в темноту юркнул.
Ближе к оврагу кусты стали гуще и собрали вокруг себя много черной темноты. Никогда бы Павлику тихо через них не пробраться, если бы Волчок для него дорогу не отыскивал. На самом краю оврага пес обернулся, предупреждающе поднял ухо. Так человек поднял бы палец. За оврагом между двумя кустами открывалась залитая лунным светом поляна.
И не пустая.
Отбрасывая черные, как ямы, тени, на поляне, собравшись в круг, сидели… Волки, подумал было Павлик с ужасом. Но разве волки такие? Все разные, кто большой, кто маленький, кто понурый, кто сидит, вытянувшись в струнку. Кто толстый, кто поджарый.