Только светятся огнем злые твои очи. Сова молвит: — Ой, не я — это воронище Побил твоих малых деток, такой злодеище. Прибежала тут тетеря цаплю утешать, А за нею сойка с чайкой стали забавлять. — Оставь, цапля, лить ты слезы, плакать и рыдать, Полетим давай мы вместе злодейку искать. Полетели и засели под дубом широким, Темным, толстым и дуплистым и к тому ж высоким. Сюда глянут, туда глянут, да все быстрым оком, Присмотрелись, сидит ворон высоко-высоко. Цапля хвать его за бок, сойка за чуприну: А тут чайка уж над ними: — А-а, превражий сыне! Завели его в лесок, птиц туда созвали И всей сходкою над ним суд потом держали. А судьей орла избрали, сокол писарем вошел, И к такому вот решенью суд тогда пришел: «Ворона-злодея ныне даже птицей не считать, И всем птицам вон из леса ворона изгнать!»

ЯСТРЕБ В ВОЙТАХ

Собрались раз ястребы на большой совет и завели между собой сильное побоище. Старых ястребов в драке той не было, все только одни молодые, а сошлось их много, и надо им было выбирать себе войта

Вот пока его войтом не ставили, был он ученый и мудрый, а как поставили войтом, начал с той поры за богатых стоять, а о бедных совсем не заботился.

Пока было вмоготу, бедные всё терпели да терпели, а бедных-то было куда побольше, чем богачей. Подали они жалобу в суд, призвали его к ответу, хотят его сбросить. Пошли они в суд, а суд и порешил, что должно ему исправлять свою должность, пока годичный срок не выйдет. А бедным невмоготу его больше терпеть, очень уж он с ними не по правде поступает, а до годичного сроку еще далеко. Пораздумали и порешили:

— Что мы будем его терпеть? Если мы его побьем, то он и сам уйдет.



36 из 328