– Это не наши. – Пузиков подошел к ним с видом главы семейства, вернувшегося домой после тяжелой работы. Он явно ждал, что его сейчас будут хвалить, благодарить и всячески ублажать.

– Да неужели? Ты, наверное, издалека начинал, вел психологически выверенный диалог, да? – с трагическим сарказмом поинтересовалась Таня. – И, проанализировав все факты, сделал правильные выводы?

– Гусева, мне твой тон не нравится, – поделился Вася. – По-моему, ты хамишь опять. Я тебе что, нанимался? Чего тебе все время все не так?

– Да потому что теперь все обсуждают, что ты в меня втюрился и не знаешь, какие мне цветы подарить!

– Ты преувеличиваешь, – пробормотал озадаченный Пузиков.

– Я преуменьшаю! – гаркнула Таня. Она попыталась сказать что-то еще, но ее гневный монолог был прерван звонком. Когда грохот школьного набата стих, Гусева недовольно уточнила: – С чего ты так уверен, что это не наши?

– Интуиция, – мрачно поведал Вася и ушел на урок.

Девушки поспешили следом.

На алгебре Наде было не до задачек. Она ушла в свои невеселые мысли.

Когда любовь взаимна, это, наверное, счастье и здорово. Ведь пишут же, что влюбленные словно летают на крыльях. Надя и летала ровно до того момента, пока не увидела рядом с Димой другую. А увидев, почувствовала себя птицей, сбитой из рогатки. Это было так чудовищно больно, несправедливо и страшно, что больше всего хотелось плакать и жалеть себя изо всех сил.

Никогда раньше она так не переживала по поводу своей внешности. А сейчас сидела и думала лишь о том, какая она неказистая, невзрачная и вообще…

Почему она никогда не носила юбки? Да, зимой коленки мерзнут и можно застудиться.