— Стукни на прыжок, привыкнуть нужно!

Защитник стукнул, и Коныш, распластавшись в воздухе, дотянулся кончиками пальцев до мяча, и мяч словно прилип к его рукам.

— Видал? — спросил Генка.

— Видал.

— То-то!

Начали.

Я стоял пригнувшись, хотя мяч летал над головами игроков в центре поля.

— Ходунчика держите! — раздался грозный окрик Вавы.

Я так и обомлел. Оба мои защитника, Толяна и Генка, ползали по лужайке и выщипывали из травы листики щавеля.

Ходунов, ладный, крепкий мальчишка, не дожидаясь, пока на него налетят защитники, подкинул мяч и ударил с лёта, да не куда придется, а успел глазами смерить ворота и выбрать дальний угол.

Но, пока он целился, я тоже не дремал. Шаг в сторону, прыжок — и кулаком попал в мячик. Поднимаясь с земли, услышал спор:

— Корнер будем подавать!

— Играем без угловых. Три корнера — пендаль.

Толяна принес мяч.

— Выбивай! — крикнул Вава. — Без угловых играем.

Я выбил мяч с рук.

— Пусть с земли выбивает! — заспорили термолитовцы.

— Так будет скорей! — возразил Егор.

— Зато не по правилам.

Мне вернули мяч. Я поставил его, разбежался, но стукнул пыром. Большой палец тотчас стал опухать.

— Толяна, — сказал я, — ты будешь выбивать.

Игра шла у ворот термолитовцев. Горячка с меня сошла, и я видел, что наши противники и росточком поменьше, и удары у них не те.

Ваве мяч попался как раз под левую.

— Во плюхнул! — закричали, поднимая руки, Толяна и Генка.

Я видел изумительный прыжок Коныша. Он достал мяч у самой стойки, но не удержал и перевести на угловой не смог, слишком силен был удар.

И скоро я уже отчаянно болел против своей сильной команды. Нет, я старался изо всех сил, чтобы отстоять свои ворота, но мне хотелось, чтобы игра шла на равных.