— Не! — сказал Смирнов, перекусывая травинку.

— А «Капитана Гаттераса»?

Он отрицательно мотнул головой.

— И «Робинзона Крузо»?

— Чего ты пристал? — Смирнов откатился от меня, лег на рубаху, подставив солнцу утиную грудь с конопушками.

— Чтец! — хихикнул кто-то из мальчишек, ткнув в меня пальцем. — Профессор!

Ребят охватила буря веселья.

— Я «Гаттераса» читал! — громко сказал Вава. — У меня во какая книжечка есть! «Хроника времени Карла IX», про дуэли!

— Хочешь, я дам тебе «Князь Серебряный» или «Принц и нищий», а ты мне дашь «Хронику».

— Лады! — согласился Вава.

— У моей бабки в тридцатой казарме целый сундук книгами набит, — сказал вдруг Смирнов.

Я не сдержал радости:

— Ой, принеси!.. А чего тебе нужно отдать за эти книги?

— Чего? Да ничего.

— Рупь возьми! — закричали ребята.

— Не! — сказал Смирнов. — Эти книги ненужные. Стихи всякие. Может, они и тебе не нужны?

— Нужные! — прошептал я.

— Ты будешь стихи читать? — не поверил Смирнов.

— Буду.

— Психический! — весело определили мальчишки. — Может, ты и наизусть знаешь?

— Знаю.

— Которые в учебнике, всякий дурак знает, — зевнул Смирнов.

— Я и другие знаю.

Дым папиросный качнулся, замер и загустел. Частокол чужеземных винтовок криво стоял у стен. Кланяясь, покашливая, оглаживая клок бороды, В середину табачного облака сел Иган-Берды. Пиала зеленого чая — успокоитель души — Кольнула горячей горечью челюсти курбаши. Носком сапога покатывая одинокий патрон на полу, Нетвердыми жирными пальцами он поднял пиалу.

Ребята слушали, и я дочитал длинное стихотворение до конца.

— Ты принеси Яване книжки, — сказал Вава Смирнову. Тот утвердительно мотнул головой.