Он шёл медленно, оглянувшись пару раз на уток в пруду, а когда дошёл до поджидавших его двух куриц, то не стал попискивать, как бы сделал обычный цыплёнок. Если бы Джерти подозвала кого-либо из его братьев и сестёр, то они бы примчались к ней со словами «Да, мама?» и, вероятно, вежливо добавили бы «Доброе утро, тётушка Милдред».

Этот же цыплёнок просто притопал и спросил: «Что?» Он произнёс это не грубо, а скорее тоном того, кого прервали в середине чего-то важного.

– Скажи, – прокудахтала Джерти, – что ты сейчас делал?

– Смотрел на уток, – ответил её восьмой цыплёнок.

– Да, но почему ты смотрел на уток?

– Мне нравятся утки, – недоумённо пожал он плечиками, удивившись такому глупому вопросу. – Они умнее, чем ты, мама.

– Умнее?! – пронзительно вскричала Джерти. – Да что ты такое несёшь, мальчишка?! Да по сравнению с курицами утки совершенно глупы. Они не умеют бегать по траве, как мы. Они могут только ковылять, переваливаясь с боку на бок.

– Да, – согласился цыплёнок, – но зато они умеют плавать. Жаль, что я не могу. Это, похоже, очень здорово – плавать.

– Не глупи, дорогой, – возразила его мама. – Цыплята не могут плавать. А теперь беги.

На сей раз он действительно побежал, прямиком назад к пруду, и снова замер на бережке.

Джерти изумлённо покачала головой.

– Я же говорила тебе, Милдред, – печально произнесла она. – Этот цыплёнок чудной.

Глава Вторая