Вот и сегодня... Что же, рано или поздно это должно было случиться.

Началось с того, что Иоганн приказал сыну привезти из деревни капусту.

«Опять!» - Эрнст оторвался от книги - это была драма Шиллера «Мария Стюарт».

Он вышел из дома, грохнув дверью; выезжая со двора, хлестнул вожжами Бамби, чего никогда не делал раньше.

А на обратном пути, уже явившись во двор с грузом, Эрнст зазевался, отвлекли невеселые думы: «Что предпринять? Так больше жить невозможно», не вовремя дернул вожжами, Бамби круто повернул, телега зацепилась за тумбу и опрокинулась. Эрнст едва успел спрыгнуть с козел. По земле покатились кочаны. Эрнст не стал их собирать - успеется. Устал. И голоден - с утра ничего не ел.

- Привез? - встретил его вопросом отец.

- Привез.

- А почему такой кислый, словно уксусу хватанул? Эрнст в упор посмотрел на отца и сказал:

- Я зазевался, а Бамби зацепил тумбу и опрокинул телегу.

- Опроки-инул? - Отец нахлобучил на голову картуз и с необычным для него проворством выскочил за дверь.

- Ну зачем ты злишь его? - вздохнула Мария-Магдалина. - Мог бы начать с извинения, объяснил бы по-хорошему, по-сыновьи. Ведь не ты опрокинул, а гнедой.

- Да, гнедой, но виноват я. Чего тут долго объяснять?

Отец ворвался в комнату с криком:

- По миру меня пустить хочешь? Весь товар испортил, шалопай! Всю как есть капусту в грязи вывалял! Кто ее теперь покупать станет? Почему ты так к своему добру относишься? Ведь я для кого из себя жилы тяну? Для тебя же!

- Мне ничего твоего не надо, - сказал Эрнст и встал перед отцом. - Сам заработаю, своими руками. А торговать в твоей лавке больше не буду.

Очки у Иоганна сползли на кончик носа, глаза сузились и стали колючими, а лицо пошло красными пятнами. Он размахнулся и жесткой ладонью ударил сына по щеке.