- Да, здесь можно урвать солидный заказ.

- Не "урвать", господин Пихт! Когда же министерство научится толково распоряжаться кредитами?!

- Надеюсь, генерал-директор уже извещен о вчерашней сенсации? - спросил Пауль.

- Доктор звонил ему, но с Берлином дали связь только поздно ночью, и доктор боится, что генерал-директор со сна мог не понять истинного значения события.

- Вот этого ночного звонка генерал и не простит реактивной авиации...

- Послушайте, господин Пихт, - доверительно приглушая голос, произнес Пфистермайстер, - господин доктор уполномочил меня вручить вам этот конверт. Не удивляйтесь. Это премия, которую заслужили вчера энтузиасты реактивной тяги.

- Боюсь, мои заслуги в этой области очень скромны. И потом, дорогой Пфистермайстер, я же не ведаю заказами. Я даже не даю советов по этой части.

- И все же, Пауль, вы могли бы принести совершенно неоценимую пользу этому великому начинанию.

- А именно?..

- Вы лучше меня знаете, что, прослышав об успехах нашей фирмы, и другие конструкторы попытаются воспользоваться новаторскими идеями доктора Хейнкеля. Их усилия, малоценные с точки зрения технической и научной, однако, создадут ненужную, я бы сказал, вредную для нашей империи обстановку конкурентной борьбы, затруднят обмен ценной информацией. Интересы нации требуют концентрированных усилий для скорейшего создания серийного реактивного истребителя. Эта задача по плечу только нашей фирме. Доказательства налицо.

Увлекшийся Пфистермайстер протянул было руку к столу за конвертом, наглядным свидетельством успехов фирмы "Эрнст Хейнкель АГ", но конверта на столе уже не было.

- Можете не продолжать, мой любезный Пфистермайстер. Я умею ценить доверие, хотя и не считаю себя человеком доверчивым. Убежден, что и вы знаете истинную цену доверия. Я подумаю о вашем предложении. Интересы отдельных предпринимателей, безусловно, вступают в данном случае в конфликт с интересами нации... И закон остается законом.