Еще один бранч традиционной фэнтези - так называемые "дописки за профессора", т.е. попытки поиграть с толкиеновским Средиземьем. Ник Перумов когда-то собрал на этой ниве урожай высоких тиражей… Единственная по-настоящему серьезная попытка "дописать", "творчески развить" и т.п. в отечественной женской фантастике была предпринята Наталией Васильевой и Натальей Некрасовой. Они создали дилогию "Черная книга Арды" - "Черная книга Арды: исповедь стража". "Исповедь стража", принадлежащая перу Некрасовой, сделана более добротно в литературном смысле. Видно, что автору было не так-то просто собственную этику развернуть поверх "профессорского" мира. Получился в какой-то степени компромисс. Это естественно. Толкиен для многих стал колыбелью, но тот, кому колыбель не становится однажды тесна, навек останется при соске и погремушках.
Гораздо продуктивнее стал поиск форматов, расширяющих традиционную фэнтези и выходящих, фактически, за ее пределы. И к настоящему времени очевидно появление как минимум двух новых форматов. Первый из них характеризуется, прежде всего, использованием эстетики европейского Средневековья (в рамках XII-XVI первой половины столетий) в качестве основы для строительства романтического пространства. Иногда оно "вшивается" в реальность-1, но чаще вся Европа переходит в параллельную вселенную, становится Европой-2. Во всех случаях оно пребывает вне или почти вне кельтской традиции. Романтическое пространство прочно связано с историческими романами Вальтера Скотта, Александра Дюма, Артура Конан Дойля, Сигрид Унсет и т. д. Порой, более прочно, чем с действительной историей. Это мир меча, таверны, дворцовой интриги, пергаментных грамот, брабантских кружев, лангедокских менестрелей, лесных дорог, рыцарских замков и роскошных костюмов.
Прежде всех прочих в романе "Мракобес" "опробовала" романтическое пространство Германии-2 первой половины XVI века Елена Хаецкая.